А ты сгорал от любви? Сгорал так ярко и зрелищно, как это делают падающие звезды? И так больно, как это делают мотыльки на свече? Я ее любил. Ох, как сильно я ее любил, так как показывают в старых фильмах и пишут поэты и писатели. Может быть, ты скажешь, что я слишком романтичен, но к черту я послал бы любого, кто сказал бы мне об этом тогда. Все что мне надо был от жизни, я всё нашел в ней. Для меня было высшей наградой, когда она улыбалась мне. И как я был счастлив, когда гуляя с ней по улице, она вдруг сама брала мою руку в свою, сжимая в ладонь, и иногда, будто случайно, водила пальцем по руке. Но не бывает бесконечного удовольствия. Знаешь, как это бывает. Сначала ты замечаешь, что вы начали меньше общаться, в ее голосе появляется нотка раздраженности, звонков становится меньше. Ты начинаешь судорожно думать: «Что же случилось?» Начинаешь пытаться анализировать происходящее, но не находишь ответа. Встречаясь с ней, она вроде ведет себя по-прежнему, но ты замечаешь пустоту в чувствах, холод, который от нее передается в воздух. Ты окончательно заводишь себя в тупик мыслями о том, что возможно она тебя разлюбила, но тут же отгоняешь их надеждой, надеждой о том, что всё будет как прежде. Но прежде уже не будет, если трещина началась ее уже не остановить. Понимая это, твое сердце обливается таким невероятным количеством крови, что тебе хочется вырвать его из груди, начинаешь обвинять себя, в каких-то неправильных действиях, потом обвинять ее, потом всех остальных. С каждым разом встречи с ней проходят все холоднее, приходя домой ты не находишь себе место. Хочется оказаться в другом мире, чтобы не видеть никого и быть в полном одиночестве. И чтобы забыли все про тебя, и вообще больше никогда не вспоминали. Тебе больно, тебе очень больно, эта боль исходит из самого сердца и, распространяясь по всему телу, сжигает тебя изнутри. Ты говоришь: «Всё!» Надо с ней встретиться, всё выяснить, объясниться, потому что, когда все выяснится, будет не так больно. А так. Так. Когда ничего не понятно, так уже не выносимо. И ты даже уже подобрал вроде бы нужные слова, которые обязательно скажешь при встрече, но когда вновь видишь ее, ни одно подобранное слово не сорвется с твоих губ. Ты можешь сказать, что я тряпка, не мужик, не могу сказать женщине свои слова. Но представь тот страх, который появляется, когда в самый последний момент в твоей голове звучит: «А вдруг, она подтвердит мои опасения. Что тогда я буду делать? А так вроде не все еще потеряно, можно ведь еще все вернуть!? Ведь она еще не совсем остыла, а так я могу все испортить, подтолкнуть ее к этому. Нет. Нельзя этого делать» И вдруг она берет, как и прежде тебя за руку, и тут ты про всё забываешь. Ты так далеко улетаешь в облака, что создается сильная иллюзия прежней былой любви. Опять появляется надежда. Надежда - самое больное, что есть на Земле. Именно она заставляет чувствовать ту самую боль, от которой сгораешь. Показывая тебе, как может все еще быть прекрасно, но при этом ничего прекрасного уже точно не будет, она медленно, час за часом убивает тебя. Но как сказал один из певцов: «Все равно лучше уж так сдохнуть, чем никого никогда не любя»